Хлеба и рыбы - Страница 2


К оглавлению

2

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

В своей «паутине» Начальник порта Толли Мьюн, Ма Паучиха, Стальная Вдова была всем, чем она мечтала быть, и ее судьба вполне ее устраивала.

И вот однажды ночью ее разбудил заместитель.

– Черт возьми, это должно быть чем-то достаточно важным, – сказала она, глядя на его изображение на своем экране.

– Тебе сейчас не помешало бы зайти в диспетчерскую, – сказал заместитель.

– Зачем?

– К нам летит «муха», – ответил он. – Очень большая.

Толли Мьюн нахмурилась.

– И из-за этого ты меня разбудил?

– Очень большая «муха», – настаивал он. – Ты должна посмотреть. Я в жизни таких не видел. Ма, я не шучу, эта штука длиной тридцать километров.

– Черт, – сказала она. Это была последняя минута ее безмятежной жизни, когда она еще не была знакома с Хэвиландом Тафом.


Толли Мьюн проглотила горсть ярко-голубых противораковых таблеток, запила их пивом, выпив приличный глоток из закрытой пластиковой бутылочки, и осмотрела голографическое изображение человека.

– Ну и здоровенный же у вас корабль, – сказала она как ни в чем не бывало. – Что это такое, черт побери?

– Ковчег, военный биозвездолет Инженерно-Экологического Корпуса, – ответил Хэвиланд Таф.

– Инженерно-Экологического Корпуса? – переспросила она. – Не может быть.

– Мне повторить, Начальник порта Мьюн?

– Тот самый Инженерно-Экологический Корпус бывшей Федеральной Империи, так? – спросила она. – На Прометее? Специалисты по клонированию, биовойнам – те, что делали по заказу экологические катастрофы? – Произнося это, она наблюдала за лицом Тафа. Его изображение занимало центр ее тесного, редко посещаемого кабинета, где царил беспорядок. Изображение, словно огромный белый призрак, висело посреди разнообразных предметов, медленно двигавшихся в невесомости. Иногда через него проплывал какой-нибудь скомканный лист бумаги.

Таф был очень большим. Толли Мьюн встречала пилотов, которые любили увеличивать свое голографическое изображение, чтобы казаться больше, чем на самом деле. Может быть, это сделал и Хэвиланд Таф. Но почему-то она подумала, что нет, похоже, он не из таких. А это значило, что он действительно был ростом два с половиной метра, на добрых полметра выше самого высокого «паучка», какого она видела за всю свою жизнь. И тот был такой же белой вороной, как и сама Толли: с'атлэмцы были низкорослы – по причинам питания и генетики.

На лице Тафа нельзя было прочитать абсолютно ничего. Он спокойно сложил руки на своем большом животе.

– Совершенно верно, – ответил он. – Ваша историческая эрудиция достойна похвалы.

– Что ж, спасибо, – улыбнулась она. – Поправьте меня, если я ошибаюсь, но, будучи в некоторой степени эрудированной, я, кажется, припоминаю, что Федеральная Империя пала, ну, где-то тысячу лет тому назад. И ИЭК тоже не стало – его расформировали, отозвали на Прометей или на Старую Землю, уничтожили в боях, не знаю что еще. Конечно, прометейцы, говорят, еще обладают биотехнологией тех времен. У нас здесь прометейцы бывают редко, так что точно я сказать не могу. Но я слышала, они не любят делиться своими знаниями. Итак, вот что я поняла: у вас тысячелетний биозвездолет ИЭК, все еще действующий, который вы просто нашли в один прекрасный день, вы там один и корабль ваш?

– Совершенно верно, – ответил Хэвиланд Таф.

Она ухмыльнулась.

– А я императрица Туманности Рака.

На лице Тафа ничего не отразилось.

– Боюсь, меня соединили не с тем человеком. Я хотел поговорить с начальником с'атлэмского порта.

Она выжала еще глоток пива.

– Да, я Начальник порта, черт возьми, – резко сказала она. – Хватит молоть чепуху, Таф. Вы сидите там в такой штучке, которая подозрительно похожа на боевой корабль и к тому же раз в тридцать больше самого большого дредноута нашей Флотилии планетарной обороны, и заставляете нервничать столько народа. Половина людей в больших отелях думают, что вы – какой-нибудь чужак, прилетевший, чтобы украсть наш воздух и сожрать наших детей, а другая половина убеждена, что вы – специальный эффект, созданный для их развлечения. Сотни человек сейчас берут на прокат скафандры и вакуумные сани, и через пару часов они уже облепят весь ваш корпус. И мои люди тоже не знают, что с вами делать. Так что давайте, черт возьми, решать, Таф. Чего вы хотите.

– Я разочарован, – сказал Таф. – Невзирая на трудности, я спешил сюда, чтобы проконсультироваться у «паучков» и киберов порта С'атлэма, чье мастерство широко известно, а честность и высокая мораль просто не имеют себе равных. Я не думал, что меня здесь встретят с грубостью и необоснованной подозрительностью. Мне требуется ремонт и кое-какие переделки, больше ничего.

Толли Мьюн почти его не слушала. Она уставилась в низ голографического изображения, где вдруг появилось маленькое волосатое черно-белое существо. У нее слегка пересохло в горле.

– Таф, – сказала она. – Извините меня, но о вашу ногу трется какой– то паршивый вредитель. – Она отпила пива.

Хэвиланд Таф нагнулся и поднял животное.

– Кошек нельзя относить к вредителям, Начальник порта Мьюн, – сказал он. – На самом деле кошка – непримиримый враг многих вредителей и паразитов, и это лишь одно из множества полезных и удивительных качеств этих чудесных животных. Известно ли вам, что когда-то люди почитали кошек как богов? Это Паника.

Таф усадил кошку на руки и начал поглаживать ее черно-белый мех; Паника замурлыкала.

– О, – произнесла Толли Мьюн. – Домашнее животное, так их, кажется, называют? На С'атлэме есть только скот, но некоторые пилоты привозят с собой домашних животных. Не выпускайте свою… кошку, да?

Доступ к книге ограничен фрагменом по требованию правообладателя.

2